В созданном автором стихотворном трактате "Поэтическое искусство" четко, последовательно, при этом удивительно доступно и живо были изложены теоретические принципы классицизма. Это был кодекс норм литературного творчества и изящного вкуса. Поэма изобилует легко запоминающимися формулировками, афоризмами, многие ее строки стали крылатыми выражениями, их заучивали наизусть и ссылались в литературных спорах.

"Моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черед..." Эти слова совсем еще юной Марины Цветаевой оказались пророческими. Ее творчество стало крупнейшим и самобытнейшим явлением русской литературы XX века, величие и трагедию которого она так талантливо выразила в своих произведениях.

Короткая биография Татьяны Снежиной переплетается в этой книге с ее лирикой, песнями, дневниками, рисунками, воспоминаниями близких. И все это вместе создает романтический образ одаренной девушки, которая очень серьезно относилась к жизни, словно предвидя скорую трагическую развязку.

Первый поэт страны, лауреат трех Сталинских, Ленинской и Государственной премий, ходил он долго под смертью, и если судьба его сложилась внешне благополучно, то заплатил он за это собственными силами и, в конце концов, жизнью. Потому что, сын раскулаченного, человек с плохой анкетой, даже взнесенный на вершины, он не кривил душой и ненавидел лгать. Издание включает жизнеописание этого удивительного человека и лучшее из его поэтического наследия, а также многочисленные иллюстрации.

Книга для всех, кто интересуется русской литературой, кто изучает ее и просто любит.

Чужие поэты нужны, лишь, когда мы не можем заменить их своими. Уоллес Стивенс - как раз такой случай. Переводить его трудно. Но природа этой трудности совсем не та, что мешает, скажем, "английскому Пушкину"... Стивенс предельно ясен и бесконечно темен. Это не оксюморон, это - фундаментальное качество его поэтики. И представляет он не столько ренессанс англоязычной поэзии, не столько изощренность модернистской литературы, не столько постфилософский дискурс XX века - сколько самого себя.

Ныне, спустя полстолетия, ясно видится, что Уоллес Стивенс - один из крупнейших американских поэтов. Для Иосифа Бродского, например, он стоял рядом с Робертом Фростом. Именно этих, совершенно разных, поэтов Бродский называл "двумя вершинами литературного наслаждения".

"Хайку - поэзия природы", - говорят одни. "Хайку - поэзия настроения", - утверждают другие. "Хайку - поэзия сокровенного чувства", - дополняют третьи. Но в действительности никто до конца не знает и не может знать, в чем секрет обаяния хайку - этих поэтических "волшебных картинок", которые оживают, соприкоснувшись с воображением читателя, как оживают, играя красками под влажной кистью, до поры бесцветные и невзрачные рисунки в детском альбоме. Золотой век хайку связан прежде всего с именами Мацуо Басе и мастеров его школы. В эту книгу вошли произведения Басе и его учеников и последователей, а также рисунки поэтов хайку и их современников.

Найти в жизни любимого человека, своего, единственного, - об этом мечтают все героини стихов и песен Ларисы Рубальской. И переживают все то, что и каждая женщина в жизни, - горечь одиночества, муки ревности, счастье встреч.

О Тютчеве написано множество ученых и умных книг, однако вернее всех угадал тайну этой гениальной личности младший современник поэта Иван Тургенев: `О Тютчеве не спорят; тот, кто его не чувствует, тем самым доказывает, что он не чувствует поэзии`.

Стихи Афанасия Фета знакомы нам с детства. Редкий поэт столь выразителен и точен в описании картин природы, столь восторжен - в описании женской красоты. Поэзия Фета удивительно музыкальна, потому и запоминаются его строки, потому и написано столько романсов на его стихи.

Мы предлагаем вам вновь окунуться в высокий и романтический мир поэзии А.Фета.

"...В любой культуре, - писал один из крупнейших русских поэтов XX века Иосиф Бродский в своем эссе "Нескромное предложение", - поэзия есть высшая форма человеческой речи. Не читая или не слушая поэтов, общество обрекает себя на более низкие формы словесного выражения... Другими словами, оно игнорирует собственный эволюционный потенциал, ибо от остальных представителей царства животных нас отличает как раз дар речи". Но чтобы перешагнуть со "ступеньки эволюционной лестницы, на которой застряло общество", на другую, необходимо учиться читать. В настоящем сборнике представлены эссе, в которых Иосиф Бродский анализирует образцы мировой поэзии (в центре его внимания окажутся стихотворения Томаса Гарди, Роберта Фроста, Райнера-Марии Рильке и других поэтов) и тем самым дает читателям уроки чтения.

На протяжении всей жизни Иосиф Бродский, крупнейший русский поэт второй половины XX века, обращался к переводам. Он переводил с английского, польского, итальянского, испанского, греческого, литовского, чешского, болгарского, грузинского и других языков.

В настоящем издании, подготовленном Яковом Клоцем с использованием архивных материалов, наряду с хорошо известными переводами представлено несколько поэтических переводов Бродского, никогда ранее не публиковавшихся.

Иосиф Бродский - один из крупнейших русских поэтов ХХ века, за свою недолгую, по нынешним представлениям, жизнь возвел огромное здание стихотворений, поэм, а также произведений особого, им созданного жанра - "больших стихотворений". Верный традициям русских классиков - Пушкина, Лермонтова, - Бродский стремительно расширял поле своей творческой работы. Он автор двух пьес - "Мрамор" и "Демократия" и нескольких десятков эссе, большинство из которых написаны на английском языке. В 1987 году Бродскому была присуждена Нобелевская премия по литературе "за многогранное творчество, отмеченное остротой мысли и глубокой поэтичностью". В настоящий том избранных произведений Иосифа Бродского вошли поэтические сборники "Остановка в пустыне", "Конец прекрасной эпохи", "Часть речи", "Новые стансы к Августе", "Урания" и "Пейзаж с наводнением", выпускавшиеся американским издательством "Ардис" с 1970 по 1996 годы, а также пьеса "Мрамор" и эссе.

В новую книгу Андрея Дементьева вошли стихотворения, написанные в 2009 году. Это как всегда искренние, добрые, сердечные строки. В них слышится вся душевная боль поэта за нашу многострадальную родину и неугасаемая надежда и вера в то, что однажды все станет лучше. И эта надежда, так мастерски выраженная поэтическим словом, поддерживает читателя и дает силы верить и жить.

Итальянского поэта Франческо Петрарку по праву считают родоначальником европейской лирики, заложившим основы ее поэтического и образного языка, указав пути развития на века вперед. Он был первым поэтом, заговорившим о любви не на условном аллегорическом языке, а языком чувств, близким и понятным каждому. Поэтической Музой Петрарки стала прекрасная Лаура, которую поэт встретил в Авиньоне. Сонеты, воспевающие любовь к Лауре, Петрарка объединил в "Книгу песен" (т.н. "Канцоньере"), над которой работал в течение всей жизни. В этот сборник вошли отдельные сонеты из двух частей "Книги песен".

"...я верю, что когда-нибудь все устроится. И со мной, и с остальными... Вот верю и верю, вопреки здравому смыслу и тому, что видят мои собственные глаза... Верю и верю, что бы со мной ни делали..." (Дина Рубина)

"Можно ли в самом деле представить человека, если только он не нравственный урод, в котором могли бы совмещаться и уживаться такая смесь и пестрота убеждений, противоположных склонностей и направлений, высоких доблестей и низменных страстей, мучительных сомнений и колебаний..." - на этот недоуменный вопрос исследователя есть короткий исчерпывающий ответ: можно, если речь идет об Омаре Хайяме. Кто еще из поэтов продолжает оставаться актуальным больше тысячи лет? Кто воспел пороки так, что тут же хочется броситься в пучину этих пороков? Четверостишия Омара Хайяма опьяняют, как воспетое в них вино, они так же нежны и дерзки, как объятия восточных красавиц.

"Только влюбленный имеет право на звание человека", - писал А.Блок. Поэзия любви останавливает миг счастья, поэтому мы снова и снова читаем стихи-откровения, стихи-признания, стихи, воспевающие главное чувство на земле.

Большинство поэтесс, чьи творения вошли в сборник, известны каждому - либо строчками, ставшими романсами, либо своей причисленностью к лику гениев.

Два главных "котоведа" страны (кто не знает их знаменитый фолиант "333 кота", объявленный недавно Книгой года!) продолжили свое объяснение в любви усатым и полосатым. Виктор Чижиков нарисовал еще несколько десятков кошек, а Андрей Усачев написал стихи к каждому его рисунку. Так появилась на свет "Планета кошек" - уморительно смешная, точная, обаятельная и трогательная книжка. "Встать под знаменем котов будь готов! - Всегда готов!"

В антологии представлен весь Золотой век русского романса. Не только первая его половина - романсные шедевры Пушкина, пушкинской плеяды поэтов, но и вторая - Фета и фетовской плеяды. "Черная шаль", "Не искушай меня без нужды", "Выхожу один я на дорогу" - лишь начало Золотого века. "Шепот, робкое дыханье", "Средь шумного бала", "Мой костер в тумане светит" - его завершение.

Антология открывается даже не с Пушкина, а с Гавриила Державина, создавшего как национальный гимн "Гром победы, раздавайся!", так и "Цыганскую пляску" - первый "цыганский романс" в русской поэзии. Среди первопроходцев этого удивительного жанра, соединившего поэзию и музыку, были и Василий Жуковский - автор гимна "Боже, царя храни!", легендарный Денис Давыдов, не менее легендарный Федор Глинка.

Но имена авторов многих самых известных романсов до сих пор остаются в числе самых неизвестных, "забытых". Антология во многом восполняет этот пробел, публикуя не один шлягер "Гори, гори, моя звезда", а двадцать романсов Василия Чуевского. Многие романсы выходили только в нотных изданиях и в поэтической антологии публикуются впервые.

Настоящая книга – первое двуязычное издание в России избранных стихотворений Збигнева Херберта (1924–1998), одного из крупнейших польских поэтов ХХ века.

Классицистическая ясность и интеллектуальное осмысление судеб людей своей эпохи принесли Херберту мировую известность. Его произведения переведены на десятки языков. Творчество Херберта отмечено многими международными премиями.